Поиск
30 июня 2016

Куратор Михаил Овчаренко: «Главное — чтобы зрителю не было скучно»

Интервью с директором галереи «Риджина» на монтаже выставки, предваряющей июльские торги молодого русского искусства, о сохранении идентичности с оглядкой на Запад и принципиально новом формате онлайн-торгов.
Куратор Михаил Овчаренко: «Главное — чтобы зрителю не было скучно»
  • Интервью: Катя Сахарова
  • Фотограф: Иван Мудров

28 июня открылась предаукционная выставка Vladey «Welcome to the club» в новом пространстве на территории Винзавода — Vladey Space. Аукцион состоится во время V Московской международной биеннале молодого искусства и представит работы 46 художников до 38 лет, включая уже раскрученных авторов вроде Recycle Group и Егора Кошелева и менее известных широкой публике студентов художественных вузов. Торги молодого русского искусства, которые состоятся 5 июля, проходят в свежем для Москвы формате: во‑первых, возможны ставки не только в зале и по телефону, но и через онлайн-аукцион в режиме реального времени посредством трансляции на сайте Vladey, во‑вторых, лоты подобраны не командой, а одним специалистом —25-летним куратором и директором галереи «Риджина» Михаилом Овчаренко. О том, зачем Москве нужны экспериментальные форматы и по какому принципу отбирались художники, Михаил рассказал в интервью накануне открытия выставки.

Михаил Овчаренко на монтаже выставки «Welcome to the club»

По образованию вы экономист. А искусствоведческую теоретическую базу где почерпнули?

Да, я учился в Финансовом Университете на экономиста, это образование помогает выстраивать бизнес-модели. А понимание принципов галерийной деятельности приобретено мной на практике. В Москве значим аспект локальной специфики, и мы стараемся наложить западный опыт с небольшими корректировками на местную ситуацию. Что касается ориентации в искусстве, — помогло, скорее, самообразование. Я много читал, но наиболее важной считаю визуальную составляющую: надо больше смотреть самое разное искусство, от этого вырабатывается зрительная память и формируется вкус.

Есть ли удачные зарубежные схемы, на которые вы опирались при подготовке онлайн-торгов и кураторского подхода к ним?

Это достаточно уникальная история. Доступа к конкретным схемам у нас нет, но определенное заимствование формата имеет место — зарубежные коллеги давно практикуют и онлайн-торги, и кураторские торги. Для России оба явления принципиально новые. К тому же, мы впервые продаем видео-работы. Замечу однако, что мощных кураторских амбиций у меня нет, но в рамках галереи «Риджина» мне интересно делать групповые выставки, которые объединяют художников по тому или иному принципу.

Тем не менее, у вас достаточно бодрый подход к кураторству: первая ваша выставка 2009 года в "Арт Берлоге», называлась "Fuck Young», в ней принимали участие заслуженные художники вроде Дубоссарского, Гутова, Монро. В 2012-м, в год предполагаемого апокалипсиса, вы собрали в галерее "Red October» своеобразный Ноев ковчег, отобрали работы по условному принципу "каждой твари по паре». Как все сложилось в случае с "Welcome to the club»?

Плотная подготовка началась месяца полтора назад: у меня был список порядка семидесяти имен художников, с творчеством которых я так или иначе знаком. До «финала» дошло человек двадцать пять — тридцать, а остальными были те, с кем мы раньше не сотрудничали. Основной принцип, которым я руководствуюсь, когда делаю выставку, — на ней должны быть представители самых разных направлений. Если выставить все работы в ряд, это должно очень плохо смотреться, и важно найти связи между каждыми двумя-тремя работами, придумать эффектную концепцию развески.

Это планируется заранее или уже на месте?

По‑разному. Когда я работал с Сергеем Братковым над выставкой «Борщ и шампанское» (выставка избранных произведений из коллекции Владимира Овчаренко в ММОМА — Прим. ред.), все начиналось с макетов. В этот раз попроще, здесь всего 51 работа, и я частично решал на месте. В этой выставке важнее всего было продемонстрировать точный срез тех, кто, по моему мнению, будет формировать современное русское искусство в ближайшем будущем. Есть видео-художники, несколько фотографий, самые разные медиа и направления — фигуративные живописные вещи, абстрактные, есть коллажи на бумаге — и это очень важно. Например, световая инсталляция Personal Supernova: ее сделал художник Виктор Поляков, который раннее был не очень заметной фигурой. Его работа ближе к дизайну, но демонстрирует очередную грань молодежного искусства.

Михаил Овчаренко на фоне работы Павла Киселева «Новое сообщение: следующая станция», 2016

В каталоге представлены два секретных лота…

Могу только сказать, что это и будут топ-лоты аукциона. Это работы молодых и очень известных авторов. Интрига будет раскрыта 5 июля, во время торгов.

По какому принципу вы оценивали работы?

Формированием цен занимались специалисты Vladey, но я участвовал в обсуждении. Сейчас существует проблема того, что художники считают себя достаточно компетентными в вопросах формирования цен. Я считаю, что это абсолютно ложный путь: авторы оказываются заложниками заявленных ими самими цифр. Мы старались прислушиваться к пожеланиям художников, но нам важно не испугать покупателя, поэтому, к примеру, работа два четырнадцать на метр пятьдесят девять относительно неизвестного художника Олега Устинова оценивается в 500−700 евро. Вообще, молодой художник, который занимается абстракцией, всегда вызывает большое уважение, учитывая, что фигуративное искусство покупают больше — это факт.

Олег Устинов (Р. 1984). IDM # 16 FOG7, 2013. Смешанная техника, бумага. 214×159 см. € 500 -700 (35,000 — 50,000 руб).

То, что начинающие художники сами себе пытаются назначить цену — это чисто русская история?

К сожалению, да. Обычно это связано с минимальным успехом, по принципу «Остапа понесло». На Западе ситуация другая — художник только к сорока годам достигает какого-то статуса, и все работы, сделанные до этого периода считаются ранними. Возвращаюсь к вопросу об оглядке на зарубежных коллег, важно заимствовать не конкретные схемы, а общие механизмы работы с авторами. Единственным естественным и правильным вариантом развития автора я считаю тот, при котором круг любителей художника и количество покупателей, которые могут повлиять на его карьеру, увеличиваются постепенно, с формированием первых почитателей, которые с удовольствием приобретают работы и рассказывают о них окружающим.

Тот факт, что мы сейчас приходим к онлайн-торгам означает ли, что традиционный формат аукциона умирает?

Не думаю. Это эксперимент, желание отработать некую новую схему, ничего подобного не происходило ранее. Люди не привыкли к такому режиму: это не Ebay, где ты делаешь ставку и через двадцать дней она срабатывает или не срабатывает. Мы предлагаем участие в аукционе в режиме реального времени с видео-трансляцией, где онлайн-участник имеет право бороться с участниками в зале. Человеку становится интересно, когда он понимает, что не он один хочет купить лот. Менее интересно, когда он делает какую-либо ставку и она выигрывает.

Посредством интернета, как в свое время с помощью телефона, возрастает аспект анонимности покупателя. А вы примерно знаете публику, которая покупает молодое русское искусство?

Конечно. В сторону молодого искусства сейчас посмотрят начинающие коллекционеры: во многом за счет его доступности. Помимо художников-дебютантов, на торгах представлены работы состоявшихся авторов, таких как группа Recycle, Егор Кошелев, Оля Кройтор. Остальная часть — новые имена художников-студентов, или просто художники, которые раньше не появлялись на торгах. Люди коллекционируют не столько из каких-то инвестиционных побуждений. Всё гораздо проще: искусство в первую очередь должно нравиться, а прирост цены через каких-нибудь десять лет — это, скорее, бонус.

Лоты предстоящих торгов, выбранные редакцией:

Таня Пеникер (Р. 1994). Третья мировая войнушка, 2016. Бумага, акварель, акварельные карандаши, тушь, осенние листья, кровь художника, красное вино, коллаж. 84×110 см. € 3,000 — 5,000 (225,000 — 375,000 руб). 22-летняя Таня Пеникер — самый юный художник-участник торгов. Она уже несколько раз участвовала в аукционах Vladey, и это характерный случай, когда эстимейт определяется по предыдущим продажам, при том, что с точки зрения формата, эта работа — самая большая у художницы.

Мария Агуреева (Р. 1985). «Без названия» из серии Self emptiness, 2016. Алебастр, цемент, пластик. 58×54×26 см. € 2,500 — 3,000 (200,000 — 225,000 руб). В 2013 году Мария Агуреева была номинирована на Премию Кандинского за серию «Быстрее, выше, сильнее», которая представляла собой смешанную технику живописи на теле, фотографии и керамики. Эта работа — пример ее экспериментов со скульптурой.

Татьяна Ахметгалиева (Р. 1983). Проходя сквозь стены, 2016. Текстиль, вышивка, нити. 187×127 см. € 4,000 — 5,000 (300,000 — 375,000 руб). Автор этой контрастной вышивки на черном фоне, молодая художница из Санкт-Петербурга в прошлом году выиграла независимую премию Сергея Курехина с инсталляцией «Аллергия на пыль».

Лев Хесин (Р. 1981). Альдакк, 2016. Силикон и пигменты на деревянной основе. 52×43 см. € 2,000 — 2,500 (150,000 — 200,000 руб). Лев базируется в Берлине и всегда работает с силиконом, используя разные приемы: эта техничная абстрактная вещь не стала исключением.

Анна Паркина (Р. 1979). Сцены в доме с видом на пляж, 2014. Бумага, коллаж. 60×42 см. € 3,000 — 4,000 (225,000 — 300,000 руб). Бумажный коллаж Анны Паркиной — работа художника, наиболее успешного на Западе из всех представленных на аукционе, она участвовала в огромном количестве зарубежных музейных выставок.