Поиск
2 февраля 2016

Дело вкуса: секреты коллекционера

О скандалах 90-х, своем собрании российского современного искусства и лучших местах для приобретения работ рассказывает основатель Фонда «Екатерина» Владимир Семенихин.
Дело вкуса: секреты коллекционера
  • Текст: Дарья Горшкова
  • Фото: Архивы пресс-служб

В конце января Фонд «Екатерина» открыл первую крупную выставку в новом году: «2000-е. Собрание Екатерины и Владимира Семенихиных. Избранное. 2000−2005», которая собирает всех самых видных художников третьего тысячелетия — от Эрика Булатова до Павла Пепперштейна. Пользуясь случаем, мы задали коллекционеру Владимиру Семенихину несколько серьезных вопросов о российском искусстве и его увлекательном деле.


Какие тонкости коллекционирования незаметны окружающим, но непременно открываются в процессе?

Во‑первых, можно многому научиться: начинаешь изучать работы тех или иных художников, и если они нравятся, постепенно впитываешь их мировосприятие. Это очень расширяет кругозор и вообще ощущение мира.

В искусстве, как и во многих областях жизни, существуют свои лобби: частные коллекционеры очень важны, чтобы уравновесить своими вкусами ситуацию на рынке искусства, помочь тем художникам, которые им нравятся, преодолеть барьеры и стать известными.

С какого произведения началась ваша коллекция?

С картины Айвазовского, это была небольшая марина с достаточно классическим для него сюжетом.

Где, когда и как вы ее приобрели?

В Москве в 1995 году. Мы тогда только поженились и, как все молодожены, занимались обустройством своей новой квартиры. В тот момент мы еще не подозревали, что нас так захватит коллекционирование искусства.

Каких русских авторов вы открыли для себя в 2015 году?

Викторию Малкову и Полину Москвину — двух молодых художниц, персональная выставка которых недавно завершилась в фонде. Мы стараемся следить за новым поколением художников: многим пока не хватает опыта и умения выразить свою мысль, но идеи встречаются очень интересные.

У кого, например?

Анна Желудь, Константин Беляев — их работы есть в нашей коллекции. У столичных авторов, принявших участие в выставке молодых художников «Говорит Москва», которая прошла в фонде в конце 2014 года, таких как Марина Руденко, Татьяна Сушенкова, Максим Санталов, Алиса Йоффе.

С какими галереями, музеями и художниками вы сотрудничаете чаще всего?

В последнее время в России перестали существовать многие галереи, с которыми мы сотрудничали, но постепенно появляются новые. Сейчас мы активнее всего работаем по выставкам с XL Projects и Е. К. Артбюро, из галерей — с Мариной Гисич, но в целом мы перешли на покупки у коллекционеров и художников напрямую или во время ярмарок или аукционов — это позволяет охватить большее число галерей и получить более полную картину.

Мы дружим со всеми российскими музеями и всегда стараемся предоставить работы на выставки, если нашу коллекцию приглашают к участию. Особенная дружба нас связывает с директором Третьяковки Зельфирой Трегуловой — именно она была куратором первого крупного выставочного проекта нашего фонда — «Бубновый валет». А среди художников нам ближе всего представители старшего поколения: они могут много интересного рассказать и о своем творчестве, и о времени, в котором работали. Особое место среди них занимает Эрик Булатов: он и Наташа (его супруга. — Прим. ред.) стали нашими близкими друзьями.

На что гостям новой выставки в Фонде «Екатерина» стоит обратить внимание в первую очередь?

Она посвящена 2000-м, точнее первой их половине, и является логическим продолжением проекта «Реконструкция», который проходил у нас в фонде ранее. На этот раз представлены работы только из нашей коллекции: в 2000-х мы особенно активно собирали современное русское искусство и владеем многими его «символами».

Быть коллекционером в России и за рубежом — насколько велика разница?

Быть коллекционером интересно везде, но в каждой стране есть свои особенности. Нюансы, связанные с таможней, хранением, разрешениями министерств. Например, во Франции существует правило, по которому государство может снять с торгов любое произведение и выкупить его для национального музея, если сочтет, что предмет необходим для национальной коллекции.

Какие работы из коллекции можно увидеть у вас дома?

Мы очень любим работы начала XX века — Кончаловского, Машкова, Любови Поповой, Варвары Степановой, — которые в основном и находятся у нас дома, хотя есть и современные авторы — Булатов, Рабин, Целков. Это средние форматы живописи, так как, конечно, инсталляции и крупные скульптуры дома разместить сложно.

С какими невероятными арт-фальсификациями вы сталкивались в 90-х?

Фальсификаций было много, и это одна из главных проблем нашего искусства — невозможно проследить провенанс многих работ, в частности, рынок на русский авангард был практически разрушен именно огромным количеством фальшивок, выпущенных в 90-е. В то время нам предлагали много Малевича, Шагала, Поповой, Лисицкого, Татлина — все это было невозможно проверить, а следовательно, опасно покупать.

В ряде интервью вы отмечали свою любовь к видеоарту. Какие художники, работающие в этом жанре, вас интересуют в первую очередь?

Из российских — Виктор Алимпиев, группа «Синий суп», Марина Алексеева, группа «Электробутик». Это направление активно развивается по всему миру, и мы очень любим работы Билла Виолы, Сэм Тейлор-Вуд, видеопортреты Роберта Уилсона.

Сколько работ сейчас находится в вашей коллекции?

На этот вопрос всегда трудно ответить, мы никогда не считали. Должно быть, около 2000.


Владимир Кожухарь. «Желтая пустота», 2001.

Какая из них самая древняя?

«Пейзаж с пастухами «Федора Матвеева 1778 года. Не так давно эта работа была на выставке в Третьяковской галерее, это одна из самых ранних известных работ Матвеева.

Где лучше всего приобретать предметы искусства: в галереях, на ярмарках, на арт-аукционах или напрямую у художников? Насколько сильно может при этом отличаться цена произведения?

Удобнее всего делать это на аукционах, но цена на них часто оказывается завышенной. В галереях часто можно купить действительно интересные вещи, причем и вне салонов. Сами же ярмарки, как правило, слишком многолюдны: это хорошее место, чтобы увидеть работы и новых художников, но там не всегда удобно покупать. Напрямую у художников можно покупать тоже, но не все они умеют правильно подать свою работу, так что это вопрос вкуса.

Как мировые события последних лет повлияли на работу фонда и вашу деятельность как коллекционеров?

Достаточно сильно — в наших планах было несколько довольно крупных международных проектов, и сейчас их пришлось заморозить. В частности, выставку Young British Artists, которую мы готовили совместно с Британским Советом три года, отложили на неопределенный срок в связи с международной обстановкой. Есть у нас и другие проекты, они тоже находятся в подвешенном состоянии. Конечно, очень сказалось на международной деятельности падение курса рубля — за последние два года все проекты стали вдвое дороже.

Ждать ли в Москве выставку «Опровергая границы. Британское искусство 1988−1998», которая была намечена на 2014 год, но отменена? Есть информация, что она может пройти в вашем фонде в 2016 году. Так ли это?

В 2016 году этой выставки точно не будет, она не состоялась по причине отказа некоторых владельцев выдать работы в Россию, а также из-за других организационных проблем, и пока международная обстановка не переменится на более благоприятную, вряд ли нам удастся ее провести, хотя мы и не теряем надежды на то, что однажды этот проект будет реализован.


Екатерина Рожкова. Из серии «Объекты времени», 2003.

Какие экспозиции вы мечтали бы организовать у себя или на сторонней площадке и какие планируете открыть в этом году?

Мечтаем мы о многих выставках: очень хотелось бы показать российскому зрителю многих современных фотографов и видеохудожников, таких как Дэвид Лашапель, Билл Виола, Олафур Элиассон. Хотелось бы также провести красивую выставку прикладного искусства — с этой темой мы еще не работали.

В планах фонда на 2016 год вторая часть выставки из нашей коллекции — продолжение 2000-х. Кроме того, мы сейчас работаем с Государственным архивом РФ над выставкой, посвященной Алексею Николаевичу Косыгину, по плану эта выставка состоится в фонде осенью 2016 года. Это не совсем обычный для нас проект: выставка будет историческая. В нашем фонде хранится большая часть личного архива Косыгина.

На какие ярмарки / биеннале / фестивали вы ездите для того, чтобы держать руку на пульсе?

С удовольствием посещаем лондонский Frieze и парижский FIAC, стараемся ездить и в Базель, когда можем. И еще на довольно интересную ярмарку в Мадриде — Арко, там можно увидеть не самые крупные галереи.

Чего, на ваш взгляд, России в целом и Москве в частности не хватает для укрепления своих позиций на мировом арт-рынке?

Не хватает, безусловно, открытости, возможности обмениваться работами. Очень сложным сейчас стал процесс перевозки предметов искусства через границу и таможенный режим — это тормозит все обмены. К нам с трудом приезжают западные галереи, режим продажи работ, ввезенных из-за рубежа, также слишком сложен.

Российским художникам тоже не всегда удается путешествовать — по разным причинам, но в основном чисто экономическим. Чтобы российское современное искусство заняло достойное место на мировом арт-рынке, его необходимо как можно чаще показывать, а художникам — как можно больше путешествовать и набираться новых идей и впечатлений, впитывать новые знания и настроения.

Самое яркое впечатление последних месяцев — это???

Год России в Монако! В княжестве прошло более 150 мероприятий в течение года, в большинстве из которых мы приняли участие. В течение года на маленькой территории Монако побывали многие знаменитые российские музыканты и артисты, мы увидели балет «Укрощение строптивой», поставленный Жан-Кристофом Майо в исполнении артистов труппы Большого театра, но главным событием года стала выставка «От Шагала до Малевича: революция авангарда», которая прошла в Форуме Гримальди с участием трех крупнейших российских музеев: Третьяковской галереи, Государственного Русского музея и Музея изобразительных искусств им. Пушкина. На выставке были и работы из нашей коллекции. По мнению многих профессионалов, она стала лучшей за последние десятилетия выставкой об авангарде.