Поиск
6 октября 2016

Светлана Марич: «Большие компании создаются гениями-одиночками»

Заместитель главы аукционного дома Phillips — о топ-лотах октябрьских торгов, отличиях лондонской арт-жизни от московской и загородных вернисажах.
Светлана Марич: «Большие компании создаются гениями-одиночками»
  • Интервью: Катя Сахарова
  • Фото: Иван Мудров

5 и 6 октября в Лондоне состоятся октябрьские торги Phillips. Главным топ-лотом вечерних торгов станет работа «20 розовых Мао» Энди Уорхола, эстимейтом 4 000 000 — 6 000 000 фунтов стерлингов. Эта работа, созданная в 1979 году, в течение 25 лет находилась в частной коллекции и впервые предлагается на аукционе. Уорхол начал создавать портрет Мао в 1972 году, используя широко распространенную фотографию из «Маленькой красной книжицы» — карманного размера сборника цитат и мыслей Генерального секретаря Мао Цзэдуна. Помимо этого будут представлены работы Кита Харинга, Дэмиена Херста, Ай Вэйвэя, Ансельма Кифера и Роберта Лонго. Из дневных торгов можно выделить лот Ансельма Райли «Без названия», эстимейтом 20 000 — 30 000 фунтов. Этот лот предоставлен самим художником (что редкость для аукционных торгов), так как вся вырученная сумма пойдет в благотворительный фонд Андреа Бочелли.

В преддверии очередного аукциона мы встретились с заместителем главы аукционного дома Phillips, 30-летней Светланой Марич, которая живет и работает в Лондоне и часто приезжает в Москву с рабочими визитами. Мы расспросили Светлану об арт-жизни на два города, актуальных направлениях арт-туризма и топ-лотах осенних торгов.

Энди Уорхол. 20 розовых Мао. 1979.

Светлана, давайте сразу к делу: расскажите о топ-лотах октябрьских торгов Phillips?

На аукционы во время лондонской арт-ярмарки Frieze, которые состоятся 5 и 6 октября, мы выставляем потрясающее золотое полотно Штингеля, классическую абстрактную живопись Рихтера, одно из лучших произведений Стерлинга Руби, поэтическую скульптуру Энтони Гормли и много произведений молодых художников. Также у нас будет большая и важная картина-инсталляция Ансельма Кифера. Кифер — художник, на работу которого Phillips установил аукционный рекорд этим летом: работа из серии «Хлебников», посвященная Велимиру Хлебникову, была продана за 2 389 000 фунтов. Кстати, в следующем году в Эрмитаже Кифер готовит новый проект к столетию Октябрьской революции.

В профессиональном смысле вы сформировались в мире больших аукционов, — понятно, что они двигают рынок. А если говорить о роли личности в искусстве, есть ли какие-то вдохновляющие примеры гениев-одиночек, вклад которых в арт-рынок велик, на ваш взгляд?

Все даже самые большие компании создаются благодаря гениям-одиночкам. Например, Симон де Пюри — автор потрясающих мультидисциплинарных практик. Он соединял рок-концерты и аукционы в одно большое действо, делал выставки, эксперименты, гала-вечера. Невероятный человек Ольга Свиблова: сначала ввела в моду фотографию как отдельное направление в современном искусстве, а потом построила музей в самом сердце Москвы, победив бюрократию и ненасытных девелоперов, дерущихся за ценные московские земли. Таких людей не остановить: в середине сентября Ольга открыла потрясающую выставку «Коллекция» российского искусства второй половины XX века в центре Помпиду в Париже. Безусловно, это огромная реклама русскому искусству, звучащая на весь мир.

Герхард Рихтер. Abstraktes Bild (767−2). 1992. £800,000 — 1,200,000

Насколько сейчас современное русское искусство известно на Западе, и в Англии конкретно? Какие художники? Продает ли их Philips?

Современные российские художники старших поколений уже вписаны в историю искусства, пример тому — текущая выставка в центре Жорджа Помпиду в Париже, о которой я говорила выше. А в аукционном мире именно Phillips принадлежит рекорд на произведение Ильи Кабакова и Комара и Меламида. У нас продавались важнейшие работы Эрика Булатова, Олега Васильева. Что касается молодых современных художников, им этот путь к мировой известности ещё предстоит пройти. Мы, безусловно, поддерживаем молодое искусство стран СНГ, часто выставляем работы российских и украинских художников. За последние два года на наших аукционах выставлялись работы Павла Пепперштейна, Евгения Антуфьева, Арсена Савадова, Романа Минина, Виктора Сидоренко и других.

Вы уже почти десять лет занимаетесь искусством. Как изменилось коллекционирование современного искусства за годы вашей работы? Есть какие-то глобальные тенденции, свойственные этому временному отрезку?

Сегодня коллекционеры выходят за пределы собственного дома и открывают публичные пространства, развивая свой вкус, и культурную среду.

Что вы думаете об онлайн-аукционах? Этот тренд сейчас дошел и до Росиии.

Онлайн-аукционы — это удобный способ наблюдать за рынком искусства без суеты. Думаю, с каждым днем будет все больше и больше онлайн-участников: с одной стороны, именно в онлайн достигается максимальная рыночная прозрачность, с другой, деликатно сохраняется анонимность.

Ансельм Кифер. Odi Navali. 1997. £600,000 — 900,000

Существуют ли в Phillips очереди на художников или частные продажи?

Аукцион — это и есть очередь, где заветный приз достаtтся самому упорному. В отличие от очереди на произведения в галерее, где заветную работу часто дают самому преданному клиенту, в аукционе у всех шансы равны. Конечно, на одни лоты участников больше, на другие меньше. Частные продажи в Phillips, конечно, есть: коллекционеры отправляют заявки на желаемые работы, мы пытаемся найти подходящие работы среди коллекционеров. Также нам можно предложить работу на частую продажу, тогда мы будем общаться с релевантными покупателями.

Какое искусство нравится лично вам?

Я люблю совершенно разные произведения: и живопись старых мастеров, и инсталляции современных художников. Последняя работа, приобретенная мной, — скульптура-конструктор великого Олафура Элиасона «Зеленый свет», собранная сирийскими и нигерийскими эмигрантами во время спецпроекта в венском TBA21. Основатель музея Франческа фон Габсбург пригласила Элиасона создать творческие мастерские у себя в музее, где эмигранты создают скульптуры, общаются и изучают немецкий язык.

Чем в целом различается арт-жизнь, например, такая ее часть, как вернисажи, в Москве и в Лондоне?

В Лондоне вернисажи — очень рабочая часть жизни, и их редко воспринимают как отдых. Вернисаж — это всегда, прежде всего, открытие выставки, а значит, в идеале, — внутреннее, духовное напряжение. В Москве помимо искусства очень важна светская часть — красивый нарядный выход, долгое общение на разнообразные темы, хорошее шампанское. В Лондоне на арт-открытия специально не наряжаются, почти всегда приходят, как вышли утром из дома. Но это не значит, что нарядов нет: многие арт-люди круглые сутки ходят в удивительных артистических одеждах, почти театральных.

Уго Рондиноне. Восход. 2007. £200,000 — 300,000

Есть ли какие-то принципы арт-дресс-кода в Лондоне: как стоит или, наоборот, не стоит выглядеть на арт-мероприятиях?

Если вас приглашают на вернисаж за город, а такие здесь происходят постоянно, например, во дворце Бленем, где недавно открылся Пистолетто, а в прошлом году был Ай Вэйвэй, то каблуки будут неуместны. Обширные английские поля больше приспособлены для прогулок в резиновых сапогах. На городские вернисажи можно одеваться, как угодно. В Лондоне принято давать место любому стилю и любому фэшн-безумию, поэтому аудитория выставок всегда эклектична.

А какие новые направления арт-туризма вы можете посоветовать?

Самые насыщенные и веселые направления — те, где проходят биеннале и ярмарки. Потрясающие дискуссионные программы на венской ярмарке, где выступают спикеры из Гарварда и Google, впечатляющая стамбульская биеннале и далекая, но становящаяся все более важной для мировой общественности биеннале в Сан-Паоло.

UPD: Вечерние торги Phillips в общей сложности собрали сумму в £17,867,750. Работа Энди Уорхола была продана за £4,741,000, Рудольфа Стингеля — за £1,805,000. Абстракция Герхарда Рихтера ушла за £1,085,000, полотно Ансельма Кифера было продано за £605,000.

Рудольф Стингель. Без названия. 2007. £1,500,000 — 2,000,000

MUAH: Алена (@b.b.team). Благодарим за помощь в проведении съемки Еврейский Музей и Центр Толерантности и агентство Best Backstage Team.