Поиск
23 октября 2017

От минералов до гурманики: 5 главных парфюмерных трендов года

Какими будут самые модные ароматы ближайших сезонов

В сентябре во Флоренции в очередной раз прошла Pitti Fragranze, самая важная парфюмерная выставка года. Там эксперты знакомятся с молодыми и перспективными марками и изучают самые свежие тренды. По просьбе Harper's Bazaar парфюмерный критик Ксения Голованова отправилась на флорентийскую выставку и выделила 5 главных тенденций, на которые ближайший год будут ориентироваться ведущие создатели ароматов.

Тубероза плюс один

Тубероза — главный инвазивный вид современной парфюмерии — с нами уже давно и, похоже, надолго: усталости от белых цветов, которые в викторианской Англии запрещали нюхать незамужним девицам, не наблюдается. На форумах и в парфюмерных Telegram-каналах кокетливо сетуют на диктат «королевы ночи», однако новые релизы обозревают исправно и с большим интересом, потому что тубероза интересна и сама по себе, и (особенно) в эффектном «эдите». Прежде ее привычно сводили с фруктами, другими белыми цветами: жасмином или флердоранжем, — сегодня осваивают более смелые сочетания: ирландские новички Waters + Wild, например, привезли на выставку туберозу, окуренную ладаном, а Olivier Durbano — цветы, увязшие в кастореуме, как муравьи в вязкой смоле.

Новая гурманика

Нет ничего плохого в любви к сладкому, в том числе разлитому по флаконам. Но сахар сахару рознь: сироп, пропитавший всю первую половину 2010-х, должен уступить место новой парфюмерной «съедобности», такой, от которой не слипнется ни одна помпа. То, что в этом году показали на Pitti, очень хорошо: итальянцы Profumi del Forte привезли Toscanello — пряный коктейль с чаем, виски и печеньем Oreo, Carthusia — ореховый моккачино Terra Mia, By Terry — Délectation Splendide, пышный, сдержанно сладкий бисквит с мочеными вишнями. Гурманика развивается, пусть пока и в направлении, противоположном от странного, соленого, гениального Womanity, Mugler, который так и не пошел в России, да и где-либо еще. Но сахар постепенно слеживается в никому не нужные комки — по крайней мере в «нише».

Минералы

Во Флоренции парфюмеры не оставили камня на камне: в ход пошло все или почти все, из чего состоит условно неорганический мир: соль, снег, городская пыль и так далее. Условно — потому что сами по себе неорганические вещества, например глина, особого запаха не имеют, а обзаводятся им благодаря пахучей органике, которую, как губки, впитывают из воздуха. Так, соль в Note de Yuzu, James Heeley вобрала испарения японских минеральных ванн, в которые на тодзи — день зимнего солнцестояния — сыплют ароматные плоды цитрусов юдзу. Городская пыль California Snow, A Lab On Fire вдохнула горький дым калифорнийских лесных пожаров и изнуренных зноем трав. Пористая керамика Maitre Ceramiste, Extrait d’Atelier — свежесть зеленой мяты в саду гончара.

Натуральные ароматы

Для начала определимся с терминологией. Натуральной называют парфюмерию, которая использует душистые вещества, полученные исключительно из растений, в редких случаях — из животных. Это могут быть эфирные масла, абсолюты, конкреты, тинктуры, резиноиды и т. д. Соответствующих марок в этом году на выставке было больше чем когда-либо, что объясняется не столько подъемом экологического движения (к слову, изготовление абсолютов не самое чистое производство) или желанием индустрии найти незанятую нишу внутри ниши, сколько поисками нового изобразительного языка. Одним, например японцам Di Ser, этот язык покорился еще в 2000-м, другие — органические ирландцы Waters + Wild и англичане 2160 Tuesdays, сделавшие к выставке коллекцию натуральных ароматов, только пробуют себя в новом наречии. Но желающих на нем «заговорить» как никогда много.

Древность

В этом году многие бренды — в основном итальянские — вдохновлялись отдаленным прошлым или скорее своими представлениями о том, каким оно было. Флорентийская марка AquaFlor выпустила Empereur («Император») — четкую и резкую, как профиль Марка Аврелия на римских монетах, композицию, построенную вокруг цитрона и ветивера. Monom разлили по флаконам золотой свет древнеиндийского заката и назвали его Brama — это и анаграмма парфюмерной амбры, теплого восточного аккорда на основе лабданума, и имя индуистского бога. Но дальше всех пошли хорошо знакомые русской парфюмерной общественности миланцы Onyrico — привезли свой сайд-проект Anima Mundi, посвященный сгинувшим цивилизациям. Тут и фараоновский Египет, и майя, и набатеи — племена, существовавшие на территории современных Иордании, Израиля и Саудовской Аравии, и все богатства Древнего мира: ладан, кожа, уд и баснословные пряности.