Поиск
26 августа 2016

Монархи и ювелирные дома: история отношений

Как Наполеон Бонапарт стал покровителем Дома Chaumet, сколько британских корон изготовил Дом Garrard и кому будущий император Николай II заказал тиару для своей возлюбленной.
Монархи и ювелирные дома: история отношений
  • Фото: Архивы пресс-служб
  • Текст: Александра Мендельская

Несмотря на то, что сегодня представительницы монарших семей, следуя духу времени, не стесняются появляться на публике в демократичной бижутерии, история королевских династий, все же, высечена в драгоценных камнях и металлах высшей пробы. Кто из ведущих европейских ювелиров приобрел статус придворного мастера, как были созданы знаменитые украшения для царских свадеб и коронаций и к кому выстраивалась в очередь за диадемами, брошами и сотуарами вся европейская аристократия — Bazaar.ru раскрывает самые интересные факты об отношениях ювелирных домов и их августейших клиентов.

Cartier

Луи-Франсуа Картье было 29 лет, когда он открыл ювелирное дело, но небольшой по меркам ремесла возраст не помешал мастеру быстро стать вхожим в королевские дома. Ключевое влияние на его мировую известность оказала последняя императрица Франции Евгения — супруга Наполеона III, известная законодательница мод своей эпохи. Поскольку королевские семьи часто связывают между собой родственные узы, теплые отношения с французскими и британскими монархами сблизили Луи Картье и с семьей Романовых. Покровительницами дома Cartier при российском дворе стали супруга великого князя Владимира, великая княгиня Мария Павловна, и вдовствующая императрица Мария Федоровна. Среди самых выдающихся изделий, изготовленных по заказу Марии Павловны — тиара с рубинами, бриллиантами и центральным рубином Богарне (Beauharnais) в 5,22 карата, а также короткое жемчужное ожерелье с двумя бриллиантовыми орлами, которое до отправки в Санкт-Петербург было выставлено в бутике Дома на rue de la Paix. Еще одним знаковым украшением среди многих, созданных Cartier для Романовых, стала свадебная диадема княгини Ирины, супруги Феликса Юсупова, из горного хрусталя, инкрустированная бриллиантами — в ней чередуются растительные и геометрические мотивы.


Диадема Beauharnais, изготовленная для великой княгини Марии Павловны. Рубины, бриллианты и рубин Богарне в центре.

Boucheron

Ювелирный дом Boucheron сыграл свою роль в романтической истории последнего русского императора. Без ума влюбленный в свою невесту Александру, урождённую принцессу Викторию Алису Елену Луизу Беатрису Гессен-Дармштадтскую, внучку королевы Виктории, будущий царь Николай II сделал особый заказ придворному ювелиру британского королевского двора Фредерику Бушерону. Цесаревич запросил у авторитетного французского мастера украшение, которому не было бы равных в Европе. И Бушерон, конечно же, его не подвел: в день помолвки Николай преподнес юной Александре восхитительную тиару, усыпанную жемчугом и бриллиантами. На ее изготовление было потрачено 2000 часов. Принцесса, и так не скрывавшая симпатии к наследнику российского престола, не смогла устоять перед таким подношением, и вскоре их брак состоялся. К слову, у роскошного ювелирного изделия была не только символическая ценность: впоследствии императрица не раз признавалась, что это единственная корона, которая не вызывает у нее приступы мигрени.


Императрица Александра в тиаре Boucheron


Chaumet

С именами Наполеона Бонапарта и Жозефины Богарне тесно связана история французского ювелирного дома Chaumet: монаршим супругам он обязан своей всемирной славой. Все началось с необычной встречи: однажды молодой ювелир по имени Мари-Этьен Нито, который к тому времени уже основал мастерскую, на скаку остановил сильно разгоряченную лошадь Наполеона, бывшего в ту пору консулом. Став императором, Бонапарт не забыл смелый поступок и назначил Нито штатным ювелиром французского двора. У этого решения была и прагматическая подоплека: Наполеон хотел вернуть Франции былой блеск и статус европейского центра моды, утраченный за время революции. Первой «королевской» работой Нито стал консульский меч императора с алмазом «Регент» — самым красивым камнем Франции. Но, как можно догадаться, его мастерство наиболее активно «эксплуатировалось» первой супругой Наполеона. Соединяя роскошь и простоту, ювелир создавал женские украшения в постреволюционном духе — изящные и без лишней вычурности, в соответствии с той модой, которая расцвела при Жозефине. Сама императрица порой могла позволить себе некую эксцентричность, которая прощалась ей за ее безупречный вкус. Так, найдя в лице мадам Богарне свою вечную музу, Дом Chaumet становится «специалистом» по диадемам, отсылки к которым можно и сегодня увидеть в коллекциях ювелирной мануфактуры.

Parure Intailles. Гарнитур с геммами. Нито, около 1805 г. Золото, геммы из оникса, сардоникса и природный жемчуг.

Garrard

Garrard — не только старейший ювелирный бренд в мире, но и самый популярный среди представителей английской аристократии. А все потому, что в 1843 году королева Виктория пожаловала Дому официальный статус ювелира британского королевского двора — звания, которое было специально введено парламентом по инициативе королевы. В «копилке» Garrard пять корон, созданных для британских монархов: короны Марии Текской, Георга V, Георга VI, королевы-матери и траурная корона королевы Виктории, которую она носила после смерти мужа.

Тиара Girls of Great Brittan and Ireland


Безусловно, ювелирную коллекцию Елизаветы II также невозможно представить без изделий английского Дома. Среди самых узнаваемых украшений — тиара-кокошник: подобные ей короны заказывали у Garrard и великие княгини династии Романовых. От матери, королевы Марии — к дочери перешла и знаменитая корона Girls of Great Brittan and Ireland, в которой британскую королеву нередко можно увидеть на официальных приемах (до недавнего времени). Любопытная история связана и с другой ее тиарой — той самой, в которой юная Елизавета появилась в день свадьбы с Принцем Филиппом. Легенда гласит, что украшение не выдержало активных примерок и сломалось за несколько часов до церемонии. Невеста отказалась выбрать ему замену из обширной коллекции королевы-матери, и тогда тиару срочно доставили на улицу Альбемарль, где ювелиры дома оперативно привели ее в порядок. К слову, знаменитое кольцо с сапфиром, которое Кейт Миддлтон получила в наследство от принцессы Дианы, создали тут же, на Альбемарль-стрит.


Тиара Girls of Great Brittan and Ireland. Королева Мария. Королева Елизавета II.

Tiffany

Открывая свой первый магазин на Бродвее в 1837 году, Чарльз Льюис Тиффани и Джон Янг ориентировались на американскую публику, и надо сказать, немало в этом преуспели: изделия Tiffany & Co. пользовались популярностью у всего клана Ротшильдов, а в 1861 году ювелиры изготовили комплект для Мэри Тод Линкольн, в котором та появилась на инаугурации супруга. Тем временем, предприимчивый Чарльз, став единоличным владельцем бизнеса, уже планировал экспансию в Европу: в 1867 году Tiffany & Co первой из американских компаний получает награду за высокое качество изделий из серебра на Всемирной выставке в Париже, а в 1887 году ювелир приобретает несколько уникальных украшений Французского Королевского двора. После триумфа на европейских выставках список клиентов ювелирного дома пополнился внушительным количеством августейших особ, среди них: английская королева Виктория, шах Персии и российский император Николай II.


Tiffany. Коллекция украшений Французского Королевского двора.

Chopard

О взаимоотношениях ювелирного дома Chopard с представителями королевских фамилий было мало что известно до тех пор, пока 13 июня 1998 года в Виндзоре, во время сорванного из-за дождя турнира по поло, не произошла встреча Каролины Шойфеле с принцем Чарльзом. Результатом их беседы стало сотрудничество швейцарской ювелирно-часовой компании с Фондом принца Уэльского: в скором времени Chopard выпустили часы под названием The Prince’s Foundation. Модель бочкообразной формы, оснащенная механизмом L.U.C, отличается довольно крупными размерами и выпуклыми очертаниями. В верхней части циферблата, в положении «12 часов» расположился герб принца, а на задней крышке выгравировано название фонда.

Часы L.U.C. Tonneau из коллекции The Prince’s Foundation