Поиск
26 декабря 2014

Новое имя: Crow's Nest

В любви к украшениям Crow’s Nest признаются Эмма Уотсон, Дайан Крюгер и другие знаменитости — а с недавних пор их можем оценить и мы. 28-летний основатель бренда Даниэль Белевич привез свои кольца, серьги и колье в столичный бутик Monza, где и рассказал Harper’s Bazaar о том, как от изучения основ бизнеса перешел к созданию ювелирных изделий для голливудских звезд.
Новое имя: Crow's Nest
  • Интервью: Татьяна Розенштайн
Даниэль Белевич

Даниэль, у вас, насколько я знаю, русские корни?

Да, мои родители жили в Санкт-Петербурге, откуда еще до моего появления на свет переехали в Швецию. Но русский язык я тем не менее выучил и, как видите, даже могу давать на нем интервью!

Вы учились на дизайнера в Швеции?

Не в Швеции и даже не на дизайнера (смеется). Я изучал основы бизнеса в Лондоне, но в какой-то момент решил радикально сменить профессию и связать свою жизнь с ювелирным искусством, что, если честно, стало шоком даже для меня самого. Я с юности рисовал кольца, подвески и серьги, но даже и представить себе не мог, что однажды создам собственный бренд. А потом вдруг подумал: «А почему бы, собственно, и нет?» — и сел за эскизы своей первой коллекции. У меня было столько идей, что хватило на несколько лет вперед!

А где производятся ваши украшения?

В этом плане мне очень повезло: мои родители знакомы с владельцем венской фабрики, с которой работают крупнейшие Дома вроде de Grisogono. За Crow’s Nest он сначала взялся, скажем так, по дружбе: первое время присматривался к нашим украшениям, и ему, слава богу, все понравилось. Так что мы уже три года работаем душа в душу (смеется)!

Как вы выбирали название для бренда?

Crow’s Nest в переводе с английского означает «воронье гнездо». Эти птицы очень любят все блестящее и броское, и мне показалось, что такой символ отлично вписывается в концепцию бренда. Отсюда, кстати, и один из главных мотивов наших коллекций — перо, которое каждый год предстает в разных цветах и вариациях. В числе моих любимых — то, что усыпано белыми бриллиантами: его я сделал специально для Эммы Уотсон.

А любимая коллекция у вас есть?

Who Needs a Rose («Кому нужна роза?») — ее я создал в период повального увлечения ювелиров цветами. Так вот, в предметах из этой коллекции есть и шипы, и листья, и стебли — а самой розы нет.

Почему?

Ей, по моему замыслу, должна стать женщина, которая носит украшения.

Вы успели поработать с Disney — расскажите о вашем сотрудничестве.

Два года назад я официально представил бренд в Лос-Анджелесе, и среди гостей презентации оказались люди из Disney. Им все очень понравилось, и они предложили мне создать украшения для фильма «Малефисента» — и это несмотря на то что обычно они работают исключительно с Chopard! Ну и конечно, было очень здорово оказаться в одной команде с Кристианом Лубутеном и Стеллой Маккартни, которые также работали над образами героев.

Вы следите за ювелирной модой? Или идете своим путем без оглядки на актуальные тенденции?

Конечно, я ориентируюсь на тренды — взять хотя бы мое кольцо-перо на весь палец, это же сейчас невероятно модно! Другое дело, что все эти ювелирные настроения я стараюсь по‑своему переосмысливать: в ход идут новые цвета, формы…

Можете спрогнозировать, какие украшения будут на пике моды, скажем, через год?

Сложно, конечно, предсказать, но мне кажется, что очень сильным трендом станут, во‑первых, разноцветные камни, а во-вторых — четкие геометрические формы. Моя новая коллекция как раз такая: она во многом напоминает то, что раньше делал Дом Bvlgari, — только украшения стали в разы ярче и «четче».

А каким вам видится будущее бренда?

Мне очень хочется, чтобы наc знали в самых разных уголках планеты — от Москвы до Дохи. Было бы круто, если бы люди видели цаворит — символ бренда — и сразу понимали: «О, это же Crow’s Nest».