Поиск
20 марта 2017

Кристофер Чонг: «Люди перестали бояться сложных ароматов»

Марина Грибова поговорила с креативным директором Amouage о русском влиянии на оманский парфюмерный Дом, популярности «бабушкиных» ароматов у миллениалов и узнала, чем пахнут камни

Расскажите, как так вышло, что однажды вы решили кардинально сменить род деятельности: будучи профессиональным оперным певцом, стали заниматься парфюмерией? Не жалели ли потом о своем решении?

Вы знаете, я осознал, что у меня лучше получается то, чему я специально не учился. В этом году уже 10 лет, как я пришел в Amouage. И первые лет 7—8 у меня не было времени, чтобы задуматься о том, сожалею я или нет: я был с головой погружен в изучение парфюмерии по ускоренной программе. Сейчас же, когда я лучше контролирую ситуацию и разбираюсь в своем деле, оглядываясь назад, я бы соврал, если бы сказал, что никаких сожалений нет. Недавно я нашел свои старые записи — не слушал их лет 12. Раньше я очень критично относился к своему исполнению, даже не мог себя слушать. И вот я прослушал и подумал: ого, да ведь я прекрасно пою!

Раз вы такой перфекционист, как вы тогда определяете, что аромат завершен, пора закончить вносить изменения в формулу и поставить точку?

Есть внутренний голос, хотя, если вы попросите объяснить, как и когда он дает о себе знать, я не отвечу. Это на уровне интуиции. Да, я очень самокритичен. И в первые годы, когда я только начинал заниматься парфюмерией, был чрезмерно требователен к себе, при этом порой до конца не осознавая, чего именно хочу.

Работа над каким ароматом заняла больше всего времени и какой дался вам быстро и легко?

Ни один не дался мне легко. И даже когда кажется: вот это я сделаю за пару месяцев, в итоге все затягивается. Как только я начинаю думать над тем, как вложить в аромат ДНК Amouage, оказывается, что все не так-то просто. Взять, к примеру, последние ароматы из коллекции The Secret Garden — Lilac Love и Blossom Love. Мне предложили: «Почему бы тебе не создать легкий цветочный аромат?» А проблема в том, что эта идея несовместима с ДНК нашей марки, которая подразумевает мощность, стойкость и сильное впечатление — все вышеперечисленное как-то совсем не вяжется со свежестью. (Смеется.) Это то же самое, что попросить сделать нечто роскошное, но при этом крайне минималистичное. Я замучил парфюмеров: они приносили мне образцы, а я им говорил, что это все не то. Они возмущались: «Ты же просил простой свежий аромат, вот же он», а я: «Этот запах держится всего два часа, а Amouage славится тем, что звучание композиций должно быть длительным, часов 10». Но я никогда не отказываюсь от первоначальной задумки: все должно сложиться, как и планировалось изначально, никаких компромиссов. Я не знаю слов «нет» и «невозможно». Например, работа над женской версией моего третьего аромата, Epic, давалась мне очень тяжело. Задумка была такой: купцы везут драгоценные товары по Великому шелковому пути. Я все время думал о нефрите. Камень не имеет запаха, но мне хотелось наделить его ароматом. И не было никакого ориентира. Так и цветок вишневого дерева (основной компонент Blossom Love. — Прим. ред.) не имеет запаха, но все люди его видели и часто представляют его как легкий аромат с нотками вишни.

Относительно Blossom Love. Как вам пришла идея использовать аккорд амаретто — такого довольно непопулярного напитка, да еще и объединить его с цветком вишневого дерева?

В парфюмерии, как и в кулинарии, бывают такие неочевидные сочетания, например, вы кладете соль в десерт, при этом он не обязательно будет соленым — тут приправа призвана подчеркнуть сладость. В коллекции The Secret Garden была задача создать гурманские цветочные ароматы — чисто женские за счет сочетания сладких и цветочных нот. Сейчас расскажу вам, как родилась идея. На протяжении многих лет я был этаким принцем тьмы, известным очень мрачными ароматами. А я, знаете, очень люблю, когда мне бросают вызов, и раз все сомневались, могу ли я сделать предельно женственный аромат, я всерьез загорелся. Раньше, когда я создавал аромат, мне говорили: «Да, это что-то темное, мрачное и утонченное, что может, в принципе, носить и мужчина». И тут я решил, что хочу создать такой аромат, который будет на 200 процентов женственным, такого у Amouage еще не было. И вообще, полезно переключиться на другую ольфакторную палитру, потому что когда все время работаешь в одной, с одними ингредиентами и нотами, восприятие замыливается.

Вы как-то признались, что идею Lilac Love вам подбросила одна русская девушка в разговоре, Blossom Love вы также посвящаете России. С чем связана такая привязанность к нашей стране?

Я уже 10 лет приезжаю в Россию, возможно, мало кто об этом знает. Мне не хотелось писать прямо на упаковке «Special for Russia» — это как-то слишком в лоб, но при этом была идея создать ароматы, которые бы напоминали о России, о моем восприятии страны, о моих 10 годах знакомства с ней, но тонко.

Почему выбор пал именно на цветок вишни?

Эта идея возникла также из разговора здесь, в прошлом году, когда мой дистрибьютор Елена спросила: «Почему бы тебе не сделать аромат вишневого цвета»? Я сказал ей: «Э-э-э, так у него же нет запаха… Но ок». Когда я принялся за работу, был риск, что мое видение не совпадет с восприятием этого цветка русскими женщинами, и когда я представлю этот аромат публике, он никому не понравится.

Как бы вы описали девушку, которой предназначается Blossom Love?

Это такая жизнерадостная девушка, может, немножко безумная (в хорошем смысле), но глубоко внутри она уважает традиционные ценности. А еще обожает приключения и романтику.

Стоит ли ожидать, что следующий аромат коллекции будет построен вокруг очередного цветка, не имеющего природного запаха или не поддающегося экстракции или дистилляции? Ландышем, например, не интересовались?

Нет, ландыш — довольно скучно, он у всех есть. На самом деле у меня уже готов новый аромат, который я привезу в следующем году, но пока не буду раскрывать все карты. (Смеется.)

Я смотрю, вы не на шутку увлеклись реконструкцией природных ароматов. Папоротник, вокруг которого построен прошлогодний Bracken Woman, тоже не имеет естественного запаха, или я ошибаюсь?

Да, мне нравится создавать фантазийные ароматы. Папоротник всегда ассоциируется с мужскими фужерными ароматами, но мне захотелось создать фужер для женщин. У папоротника нет запаха, и мне пришлось включить воображение. Я вдохновлялся культурой хиппи: 60−70-ми, детьми цветов и близостью к природе. Поэтому у меня запах папоротника получился таким свежим, зеленым — трава, роса и определенная степень свободы мысли.

Как бы вы могли охарактеризовать парфюмерные 2010-е? Чем они запомнятся?

Сейчас идет возвращение к насыщенности, люди перестали бояться сложносочиненных ароматов. Особенно востребованы насыщенные цветочные композиции. Во многом популярность тех или иных запахов связана с молодежной культурой, она играет большую роль. Современная молодежь, миллениалы, — смелые, они не боятся носить «бабушкины» ароматы. Это поколение ищет сочетание нот, которое воплощает какую-нибудь идею и будет что-то для них значить.

Можете назвать ароматы, которые повлияли на вас больше всего?

Сложный вопрос. С тех пор как я стал заниматься парфюмерией, я живу в творческом пузыре и стараюсь избегать лишних запахов извне, практически не знакомлюсь с новыми работами коллег по цеху. Нос — мой рабочий инструмент, поэтому я стараюсь давать ему отдыхать в свободное время.

А какие ароматы стоят на вашей полке?

Люди, наверное, думают, что дома у меня собрана вся линейка Amouage, но это не так. В моей коллекции — работы, которыми я восхищаюсь: несколько классических Creed, что-то из Кюркджяна и старый Kilian десятилетней давности.

А природные запахи? Что вдохновляет и будоражит вас больше всего?

Это прозвучит странно, но за последние 10 лет я разработал столько роскошных и вычурных ароматов, что мне бы очень хотелось создать аромат моря, но при этом все же в традиционной для Amouage манере — технически это будет очень сложно реализовать. И мне хочется сделать не простую «акватику», а передать само ощущение жизни на берегу: чувство, которое испытываешь, когда идешь вдоль линии пляжа. Ни в одном из ароматов я еще не передавал это ощущение. Многие парфюмеры отталкиваются от нот, а я — от ощущений.

Что делает вас счастливым?

Когда у меня получается сделать то, что хотел. Когда люди говорят, что мои ароматы открыли для них что-то новое и подарили незабываемые эмоции. В эти моменты я по-настоящему счастлив.

← Нажмите «Нравится» и читайте нас в Facebook