Поиск
10 июня 2017

«Ароматы — зеркало общества»: парфюмеры об успехе уда, сладких запахах и любимой работе

В ЦУМе появилась коллекция ароматов Chopard Haute Parfumerie Collection. Bazaar.ru пообщался с создателями коллекции Альберто Морильясом и Натали Лорсон и выяснил, почему во всем мире особой популярностью пользуются гурманские ароматы и почему развитие высокой парфюмерии идет семимильными шагами

Вы оба уже не впервые создаете ароматы для ювелирных домов, включая Chopard. Чем вас привлекает это сотрудничество?

Альберто Морильяс: Ювелирный мир захватывает с первой секунды. У каждого бренда свое наследие и своя вселенная. Меня как парфюмера очень вдохновляют разговоры с представителями Дома. Вместе мы придумываем историю, на основе которой я впоследствии создаю ароматы.

Расскажите о своей работе над Chopard Haute Parfumerie Collection и об ароматах, которые в нее вошли.

Натали Лорсон: Для своей первой коллекции высокой парфюмерии Chopard Parfums выбрали три натуральных ингредиента из программы устойчивого развития Naturals Together компании Firmenich, в которой мы с Альберто работаем. Она очень созвучна философии Chopard: Дом ставит во главу угла этическую и экологическую составляющие.

В сердце Vanille de Madagascar — ваниль с Мадагаскара, дополненная нотами шоколада, бурбона и карамели. Вообще стручки ванили — это настоящие необработанные бриллианты.

Neroli à la Cardamome du Guatemala — освежающий микс мандарина, нероли и цветков апельсина.

Magnolia au Vetiver d’Haïti можно сравнить с кружевом, сотканным из дерева и цветов.

A. M.: Vetiver d’Haïti au Thé vert посвящен ветиверу с Гаити. Его абсолютная чистота подчеркивается зеленым чаем. Полная гармония с природой.

Как вы можете прокомментировать выросшую в последнее время в России популярность гурманских ароматов?

А. М.: Тренд появился благодаря аромату Angel и с тех пор постоянно набирает обороты, причем по всему миру. Это сладкие ароматы, выстроенные вокруг нот, напоминающих о детстве: фруктов, ванили, пралине, меда, ирисок, — и создавались они для того, чтобы вызывать привыкание. Так что они будут с нами еще долгие годы!

Какие ароматы предпочитаете вы сами?

A. M.: С сильным характером, те, которые «говорят» что-то новое в парфюмерной индустрии.

Н. Л.: Если меня попросят выбрать что-то одно, скорее всего, это будет простой мускус. С ним я чувствую себя свежо и уверенно.

Что в парфюмерии изменилось за время вашей работы в этой отрасли?

A. M.: Ароматы — зеркало общества. Мы живем в эру высокой парфюмерии: традиционные коды переосмысливаются, становятся более современными. Мне нравится сочетать натуральные ингредиенты (используя инновационные методы экстракции, которые применяются в Firmenich) вместе с ольфактивными молекулами, синтезированными в отделе R&D, — это большая команда очень талантливых ученых. Когда комбинируешь разные составляющие, получается необычно. Натуральные компоненты добавляют ароматам благородности, а синтетические дают потрясающие творческие возможности. Для меня это элементы haute couture. Их можно сравнить с маленькой коробочкой с украшениями, которые я использую, чтобы подчеркнуть красоту натуральных ингредиентов или придать им новое звучание. Самое важное — найти правильный баланс между светом и тенью, интенсивностью и утонченностью.

Стоит ли при выборе аромата ориентироваться на его стоимость?

Н. Л.: Поиск своего запаха очень личное дело. Вы можете взять любую композицию, неважно, масс-маркет это или что-то очень эксклюзивное, главное, чтобы вы ею наслаждались.

Вы помните свой первый созданный аромат? Как вы относитесь к нему сейчас?

A. M.: Один из первых — Must de Cartier. Звучание белых цветов и гиацинта, вокруг которых построен аромат, кажется мне актуальным и сейчас.

Н. Л.: Мое первое произведение — свежий цветочный Romeo для Romeo Gigli, это было в конце 80-х. Давно его не пробовала.

Как вы объясняете растущую популярность дорогих нишевых линеек среди люксовых брендов?

Н. Л.: Во‑первых, они делают ставку на уникальность, на тех, кому не нравится растиражированность бестселлеров. А во-вторых, большинство нишевых брендов пропагандируют абсолютную роскошь, которая, конечно, очень привлекательна.

Альберто, вы были первым, кто начал в Европе удовую тему в 2002 году. Интересна ли она вам сейчас? И как вы видите ее будущее?

A. M.: Уд очень популярен на Востоке, там в целом ароматами пользуются чуть ли не больше всех в мире. И рынок этот весьма динамичный, отсюда и популярность. Здорово работать для стран, где так любят и ценят парфюмерию. Уд — эксклюзивный материал, многогранный, сильный и загадочный. Покупателям все больше нравятся «богатые» ноты, а это значит, что мы возвращаемся к аутентичным ценностям и кодам роскоши.

Какие ноты вам сейчас наиболее интересны? Или, может, новые синтетические соединения?

A. M.: Из-за моих андалузских корней я предпочитаю свежие ингредиенты: цитрус, соль, средиземноморские цветы — жасмин, туберозу, нероли, апельсиновый цвет… Они напоминают мне о солнце и лете. Мне нравится использовать фирменные ингредиенты Firmenich, они делают композицию уникальной. Фаворит среди них — мускус, он добавляет чистоты звучанию.

Н. Л.: Я не могу ничего выделить, мне нравится экспериментировать с новинками в нашей парфюмерной палитре. В Firmenich очень динамичная программа инноваций, так что в наших ароматах постоянно появляются все новые экстракты самых изысканных ингредиентов.

Как вы понимаете, что работа над ароматом закончена и он готов?

A. M.: Искать вдохновение и новые идеи — лучшая часть моей работы. А вот худшая — решать, когда нужно поставить точку. Это значит, что аромат идеально сбалансирован, достиг своего совершенства, и я закрываю проект, когда не хочу все испортить.

Что для вас значит быть парфюмером?

Н. Л.: Мы как актеры: нам нужно исполнять роли, встраиваться в контексты. За 35 лет работы я смогла выразить себя в разных стилях, брендах… Волшебство в том, что я создаю эмоции и могу сотрудничать с такими марками, которые обогащают мой внутренний мир. Шанс работать с каждым конкретным Домом — подарок. Именно совместными усилиями мы часто находим «ту самую» идею.

Вы можете прогнозировать успешность созданного вами аромата?

A. M.: Понять, «сработал» аромат или нет, можно только через год. Успех зависит от многих вещей: бренда, концепции, имени, креативности — в расчет берется не только сама композиция.

Н. Л.: Успех не может быть предсказуем. Мы напряженно работаем каждый день, чтобы создать ароматы — месяцы и даже годы уходят на то, чтобы получилось что-то действительно стоящее. Но в конечном счете успех всегда становится счастливым сюрпризом.

Текст: МАРИНА ГРИБОВА