Поиск
25 апреля 2017

Хрущобы, прощайте навсегда!

Постоянный колумнист Bazaar.ru Алексей Беляков о топоте соседских тапочек, бесшумном сексе и других ужасах панельного быта

Илья и Эмилия Кабаковы.
Илья и Эмилия Кабаковы. «Quotations #2», 2012 год

Помню, просыпаюсь утром у подруги, она жила близ Войковской, нам было лет по 20, середина 80-х. Просыпаюсь не от того, что выспался: мы куролесили до глубокой ночи. А от того, что спать дальше было невозможно. Прямо по моей голове пробежали детские босые ноги в туалет. Потом хозяйка начала жарить яичницу, кажется, прямо на моем лбу. Я слышал, как в ванной страдальчески откашливался старый курильщик. Я слышал, как почтальон раскладывает газету в каждый почтовый ящик. Я слышал каждый звук проснувшегося дома, каждый! Хотя в нашей квартире царила формальная тишина: подруга еще нежно дремала. Но вокруг ее томного тела уже совершались великие дела. Потому что это был советский панельный дом. Хрущоба, ага. Страна просыпалась. Да так, что мало не покажется. Миллионы хрущоб просыпались одновременно и начинали жарить, скандалить, слушать «Пионерскую зорьку».

Мне повезло: я никогда не жил в хрущобах, только в надежных кирпичных домах, поэтому мое советское детство можно считать условно безмятежным, почти набоковским.

Но хрущобы, панели — это, граждане, атас. Это доведенная до абсолюта идея социализма. Когда 5-го и 20-го числа каждого месяца весь дом слышал вечные крики жен: «Где получка, опять пропил?» А в ответ получали матюги. Когда секс по ночам превращался в театр теней — лишь бы не взбудоражить соседей постыдным стоном. Когда весь дом жил как один нездоровый организм — с диареей, туберкулезом, тахикардией.

Когда каждый боялся звука соседских тапочек на лестнице: вдруг старшая по подъезду решила выяснить, почему ты не выписываешь газету «Правда»?

Мы жили в этом кошмаре полвека, даже больше. Первые хрущобы стали возводить в самом начале 1961 года. Да, я все помню: какое счастье, въезжали с гармошкой и кошкой, каждой семье по квартире, еще немного — и на Марсе будут яблони цвести.

Яблони стали разводить поближе, на дачных участках. А хрущобы — да черт бы побрал это советское счастье.

Помню, один из друзей, жителей хрущобы, гордился. Садился посреди кухоньки размером с могилу. Смотри, говорил, — хоп! — открывал одной рукой холодильник, доставал плавленный сырок; потом — хоп! — другой рукой дотягивался до хлеба с доской; потом — бац! — вратарским движением ноги прикрывал форточку: дуло. Второй ногой включал радио «Маяк»: «Наши космонавты снова вышли в открытый космос!» И все не сходя с места. Советский цирк.

Удобно! Практично! Надежно!

Человек превращался в насекомое. Да-да, жуткий рассказ Кафки становился былью.

И мы действительно считали это счастьем. Таким же, как урвать у истеричной тетки полкило докторских сосисок в универсаме, как увидеть немецких артистов в «Голубом огоньке», как погонять ветхий мяч на пыльном дворе после уроков.

Мы, конечно, пускали в космос корабли и кормили родным сахаром братские страны, но сами жили последними голодранцами. В хрущобах. Кстати, вы, наверно, еще не знаете, как воняло в санузлах этих хрущоб: коммуникации мгновенно изветшали. Надо было менять всю систему, но мы доставали — хоп! — плавленый сырок «Дружба» и считали это натуральным счастьем.

Нет, граждане, я просто ликую, что их наконец сносят. Эту убогую гордость советских строителей. Снести дочиста, безжалостно. Покончить с жизнью насекомых.

Иногда я слышу от юных глупых друзей: «Но ведь тогда при социализме было так здорово! Я так бы хотел пожить тогда!» Насмотрелись советского кино (да, великого) и наслушались рассказов бабушек, как дедушка в свадебном платье нес ее до самого подъезда: асфальта еще не было.

Согласен. Живите. Для этого я предложил бы оставить одну образцовую хрущобу. Со всей той мебелью из ДСП, чахлыми фикусами, крошками-ванными, протекающими трубами. И чтобы в холодильнике только сырок «Дружба» и набор из пяти синюшных сосисок. Превратить ее в хостел. Живите, глупые юные друзья. Кушайте. Мойте треснутые тарелки ржавой водой. Занимайтесь сексом, зажимая друг другу рот. Слушайте ругань соседей, дышите едким дымом из вентиляции. Кстати, о велосипедах забудьте: их там негде ставить. Зато на крохотном балкончике можете поливать помидорную рассаду, особый интертейнмент. Живите, наслаждайтесь. Ах да, под окнами специальный аниматор будет с утра до вечера ремонтировать движок своего дряхлого «Москвича». Попробуйте возмутиться — получите монтировкой по модным очкам.

Неделя-другая, и вы навсегда избавитесь от дурацкой ностальгии по социализму, при котором вам, слава богу, не довелось жить.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора.