Поиск
29 августа 2017

Моя сестра Дейенерис

Алексей Беляков о сериале как высшей форме искусства. А также о том, почему не надо читать Достоевского и кто будет новым президентом России

Строго говоря, нам наплевать на ужасы Северной Кореи, наводнение в Техасе, реновацию в Москве. На твиты Трампа, макияж Макрона и даже на бегство Малахова с Первого канала. Потому что это очень скучный мир. Он нам опостылел. А волнует нас, как справится с тяготами хорошая жена Алисия, тревожит нас, какую еще каверзу учинит Фрэнк Андервуд, и мы сходим с ума, предполагая, как сложатся отношения Джона Сноу и Дейенерис Таргариен. Мы живем в новом прекрасном мире. Слава героям, которые нам его дарят. Слава безумцу, который придумал сериал — самое великое изобретение XX века.

Нам больше вообще ничего не надо. Мы ходим на работу, чтобы томиться в предвкушении новых серий. Мы едем в отпуск, чтобы спокойно посмотреть три новых сезона. Мы растим детишек, чтобы потом с ними сесть перед экраном и дружно балдеть.

Сериалы стали не просто новой и высшей формой искусства. Они стали новым языком цивилизации. К черту художество, музыку и литературу. Нет, если хочется, можно отдельно послушать Римского-Корсакова, но лучше когда он идет саундтреком к «Моцарту в джунглях». Можно полюбоваться на гениев итальянского Ренессанса, но куда эффектнее они смотрятся на фоне Джуда Лоу в алой мантии, то есть наоборот. Хотя Джуд точно красивее всей Сикстинской капеллы.

Литература вовсе становится лишней. Вы что-то еще читаете? Тогда мы идем к вам с новым сериалом! Книга хороша лишь тогда, когда из нее можно сделать сериал. Да, классика в том числе. Откройте «Братьев Карамазовых», попробуйте почитать. Да со скуки отключитесь на 17 странице. Достоевский так себе литератор, писал нудно и тяжело, но иногда сюжеты и характеры ему удавались. Например, в «Идиоте» или моем любимом «Селе Степанчиково». А вот Толстой — зайчик, умница, провидец. Он писал, будто думал: «А как эта сцена будет выглядеть в сериале? Нет, надо заострить!»

Жаль, Пушкин рано погиб, он бы точно написал пару блестящих романов. Пушкин был гений сюжета. Если кто забыл, сюжеты «Ревизора» и «Мертвых душ» подарил Гоголю именно он. Несостоявшиеся романы Пушкина продюсеры HBO рвали бы на сериалы, но Эрнст им бы ответил: «Фигушки, сами снимем!»

Читать надо лет до 25, пока развивается интеллект. Чтение — инструмент, такой же как таблица умножения. Дальше — чтение должно либо доставлять кайф, либо не надо себя истязать. Мало ли что говорят старшие родственники, они — люди, испорченные тяжелым советским прошлым, с его дурацкими лозунгами про самую читающую страну. Если в телефоне есть калькулятор, кому на фиг надо помнить, сколько будет 7 умножить на 8. Я уже давно забыл, но от механической привычки к чтению не могу избавиться. И зря. Прочитал тут пару глав модного романа, а через неделю уже не помню, о чем речь. Помню только неопрятные усы автора с фотки на задней обложке. Зачем тратил время? То ли дело мой ненаглядный сериал Breaking bad («Во все тяжкие»)? Что ни серия — игрушечка, помню до каждой крупинки синего метамфетамина. Это и есть искусство. То, что дарит наркотический кайф. То, что навечно фиксирует пленка нашего мозга. А тоскливые вирши Блока, нервное громыхание Малера, халтурные мазки Пикассо — это в подвал. Как раз такой, где Лестер, внезапный герой «Фарго», пристукнул молотком свою тупую жену. Желающие могут спуститься и посмотреть. Нет, не на труп жены, а на Пикассо.

Да. Только кайф и ничего кроме обширного долгого кайфа. Кстати, в третьем, кажется, сезоне Breaking bad есть целая серия, где герой в своей химической лаборатории пытается поймать назойливую муху. Ну такой финт, каприз, шутка великого сценариста Винса Гиллигана. И эта муха, граждане, стоит всех нравственных исканий братьев Карамазовых.

Вся мировая культура, начиная с Гомера и Софокла, — это была тысячелетняя подготовка к абсолютному жанру, к божественному искусству, к высшему наслаждению. К сериалу.

Дейенерис нам роднее сестры, потому что сестру мы видим раза три в году и с наигранным интересом выслушиваем скучный рассказ, как она ищет работу или мужа. А судьба Дейенерис нас волнует по‑настоящему. Или физрук из одноименного отечественного произведения? Нам бы такого прикольного папу — вместо этого зануды, который смотрит программу «Время».

К счастью, наша реальность незаметно, но уверенно превращается в сериалы. «Весь мир — сериал, а люди в нем актеры», — как сказал Шекспир, тоже неплохой сценарист, между прочим. (Ну почти так сказал.) Весь мир — больница, а люди в нем интерны. Мы уже мыслим сериально. Все девчоночьи компании давно распределяют роли: «Ты — Миранда, ты — Саманта, ты — Шарлотта… Ну а я, конечно, Кэри!»

И пошли серии, одна другой сексуальнее. В мае подруга Саманта, то есть Наташка рассталась с Серегой. А летом в спортзале познакомилась с Игорем. Но Игорь, как выясняется, женат. Что ждет нас в новом сезоне? Сумеет ли Наташка отстоять свою любовь в большом городе?

Мы, глупыши, пытаемся намечать свои сюжеты, но верховный Сценарист смеется над нами и говорит: «Будет не так! А пока побегайте за мухой». И мы ловим муху, мы ждем продолжения. Мы волнуемся. И ведь, блин, никто не выкатит спойлер. Что в следующей серии? Как страшно жить. Как радостно жить.

…Новым президентом России будет знаете кто? Прекрасный герой из будущего сериала. Сыграет его, допустим, Нагиев, но править страной будет не он. Его герой. Править весело и долго. Много сезонов.