РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

«Из гиперопеки рождается созависимость»: как выстраивать отношения с родителем-абьюзером

И где пролегает граница между строгим воспитанием и насилием
Тэги:
КАДР ИЗ ФИЛЬМА "Семьянин" (2000) / legion-media
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Громкое дело Бритни Спирс, которая вот уже много лет находится под жесткой опекой своего отца (а по факту — полностью лишена базовых человеческих прав по воле родителя), всколыхнуло общественность и еще раз дало нам понять: семейное насилие не ограничивается причинением физического вреда, способно принимать завуалированную форму «заботы» и, увы, может коснуться каждого.

Где на самом деле пролегает граница между гиперопекой и психологическим насилием? Как выстраивать отношения с родителем-абьюзером (и стоит ли) и что делать, если вы становитесь свидетелем семейного насилия? На эти и другие вопросы мы попросили ответить Наиру Парсаданян, психолога Центра «Насилию.Нет» (внесен в реестр НКО-«иноагентов»). 

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Каким может быть психологическое насилие в семье? Почему оно возникает? 

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

По своим последствиям психологическое насилие к ребенку равно физическому и может принимать различные формы: унижения и оскорбления, постоянная критика и сравнение с другими, более «успешными», на взгляд родителя, детьми; стремление сделать ребенка «буфером» между разведенными родителями; запугивание и неприятие («всю жизнь мне испортил»); угрозы навредить домашнему питомцу; упреки в том, что ребенок не того пола или, скажем, похож на другого родителя. 

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Появление ребенка в семье — вполне фактор стресса, но сам ребенок — точно не причина для родителя вести себя насильственно. Скорее всего, в других отношениях (например, с партнером) он в той или иной степени проявлял насилие, в том числе и неочевидное: манипуляции, шантаж. Вот несколько факторов, формирующих такую модель поведения. 

– Человек в детстве подвергался насилию или был свидетелем насилия между родителями.

– Ситуационные стрессы и напряжение, которое родитель будет «сливать» на безопасный объект — ребенка.

– Гендерные установки. Отсюда происходят ожидания мужчин о том, каким надо быть отцом. Несоответствие ожиданий реальности приводит к стремлению «починить» ребенка.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Не может быть такого, что, если мама дает подзатыльник, то это насилие, а если папа — воспитание

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

При чем тут гендерные стереотипы? 

Если мальчик, подвергшийся насилию или ставший его свидетелем, в дальнейшем воспримет эту модель поведения как «рабочую», но девочка в аналогичной ситуации скорее не научится различать границы насилия и любви. 

Наш культурный контекст пропитан установками «бьет значит любит» и «не выноси сор из избы», но закрепленные гендерные роли — скорее общемировая история. Не может быть такого, что, если мама дает подзатыльник, то это насилие, а если папа — воспитание. Это гендерные стереотипы, перенесенные на родительские роли, которые вредят всем. 

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
КАДР ИЗ ФИЛЬМА "Милдред Пирс" (1945) / legion-media

Где пролегает грань между опекой, гиперопекой и абьюзом? 

Воспитание может быть строгим, но с четким обозначением границ. Как только в общении с ребенком появляются формулировки, перечисленные в начале, то мы можем говорить о насилии. Грань между гиперопекой и насилием тоньше, ведь и любовью можно «задушить», ограничивая ребенка физически («не общайся с ними»), интеллектуально («это не смотри») или эмоционально. При гиперопеке характерно излишнее проявление родителем эмоций и искажение эмоций ребенка. Буквально как в анекдоте. Мама зовет сына домой с улицы, он ее спрашивает: «Мама, я замерз?», а она отвечает: «Нет, ты кушать хочешь».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Из гиперопеки рождается созависимость. Случается, что сепарация не происходит, и у взрослого человека остается зависимость от настроения и мнения родителя, чья тревога связывает уже выросшего ребенка эмоциональной пуповиной. Чтобы выйти из такой ситуации, есть два пути: личная терапия и специальные группы для созависимых.

Родители чаще всего сами страдают от того, что проявляют насилие к ребенку

Как выстроить отношения с родителем-абьюзером во взрослом возрасте? 

Сперва надо понять для себя: а надо ли их вообще выстраивать и поддерживать? Если ответом будет «да», то стоит пробовать обозначать границы общения между вами, но всегда есть 10-15% людей, которые никогда эти границы не увидят. Если ответ «нет», но есть желание примириться с «внутренним родителем», то идти в терапию учиться себя долюбливать, снимать критику, возможно, даже работать с травматическим опытом.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Как быть, если я стал свидетелем домашнего насилия или сам причиняю вред ребенку?

Если вы стали свидетелем насилия в семье близких или друзей, все, что стоит сделать — это поговорить с ними, узнать, требуется ли им помощь и рассказать, где эту помощь можно получить. Если хочется дать совет — сперва спросите разрешения. Родители чаще всего сами страдают от того, что проявляют насилие к ребенку — у них просто нет сил или знаний, чтобы с этим разобраться.  

Во втором случае моя главная рекомендация — обращаться за помощью к специалистам. Заниматься повышением родительской компетенции, ведь сейчас есть много замечательных сервисов с бесплатными мероприятиями: лекциями, мастер-классами, фестивалями. Советую поискать литературу об эмоциональной саморегуляции, чтобы справляться со своим гневом и деструктивной агрессией самостоятельно, а не через ребенка. Насилие можно и нужно останавливать на себе. 

Загрузка статьи...